litka-U
Глава 5
В которой говорится о том, что брататься со всякими малознакомыми личностями чревато



Если честно, то я увлеклась, забыв про время и про то, что с Олегом мы договаривались о том, чтобы магазин открыт был к тому моменту, когда он вернётся. Под немигающим, пристальным взглядом безразличного ко всему Тарзана, тыкала в окошко и карту, читая то, что открывалось на листах. Один из них показался особо соблазнительным. Описывался как страна вечного лета, абсолютно дикий и не освоенный, развитых цивилизаций не имелось. Каюсь, я уже не один раз не удерживалась, выглядывала краем глаза, приоткрыв дверь, когда мир казался особо любопытным на мой вкус и безопасным. Вот и здесь, проигнорировала слово «дикий» и не просто высунула нос в дверь, а ещё и вышла за порог, привлечённая шумом моря и видом на сказочный пляж. И вот чем и с кем здесь торговать? Покачала головой и услышала, сказанное спокойно:
- Не уходи далеко. Защита только в лавке действует, - Тарзан неслышной тенью подобрался ко мне и тоже вышел за порог.
- Море, - завороженно прошептала, околдованная волшебством невероятно красивых видом.
- Я провожу, - явно понял, что так просто обратно не вернусь, Тарзан.
- Совсем немного... Только одним глазком, - умоляюще посмотрела на него и сделала несколько шагов по пляжу.
Дальше пройти не удалось, свист возле уха заставил отвлечься от созерцания сказочного, зелёно-голубого моря. Пока медленно-медленно поворачивалась на месте, Тарзан, двигавшийся намного быстрее меня, сбил с ног. Грохнулась прямо на песочек, лицом в него. Горячо стало, просто слов нет. И больно тоже.
- Ползи... Сюда, - дёрнул меня за руку Тарзан, указывая направление.
И я поползла, извиваясь как уж на сковородке — и сравнение оказалось вполне себе не фигуральным, морду лица жгло, потому что приходилось ею вжиматься в песок, когда над головой что-то свистело, пролетая мимо. И знакомиться близко, с этим пролетающим мимо, совсем не хотелось. С меня текло в три ручья... Футболку можно было выжимать, как и джинсы. Солнце пекло нещадно, а время тянулось как резиновое. И отойти от магазина далеко не успели, а ползти приходится много дольше, чем шли. Очередной свист и я дёрнулась, что-то довольно болезненно ударило в руку. Пальцы как-то разом ослабели, но продолжила ползти, надеясь на то, что всё не так страшно, как кажется. Перед глазами стали виться тёмные мушки, голова начала кружиться и в уши ввинчивался противный звон. Как-то совсем нехорошо стало... и ползти стало совсем тяжело. Рывок прочувствовала плохо... кто-то подхватил меня под мышки и затащил в тень. Дверь за мной захлопнулась, сама, а меня замутило и очень захотелось поближе познакомиться с белым другом.
- Где... туалет... - выдавила из себя сквозь плохо слушающиеся губы.
В ответ услышала забористую брань, но при этом само точное значение слов воспринималось плохо. Штормило меня не хило, кожа горела огнём, горло не пропускало воздух... Что там дальше происходило, не смогла бы точно сказать. Реальность воспринималась мизерными кусками. Вот Тарзан, ругаясь, подхватывает меня на руки и несёт за прилавок... Резкая боль полоснула по руке и я вижу окровавленный каменный наконечник в пальцах у сторожа... А дальше спасительная темнота...
Сколько времени провалялась в обмороке, сама без подсказки, на глазок определить не смогла. Надеюсь, не долго... А так же, надеюсь, что Тарзан сообразил переключить миры через книгу учёта. Иначе Олег долго лавку искать будет. Или же ему придётся просто топтаться у закрытых дверей? Хороший вопрос. Но ответ срочно узнать желания не появилось. Голова разламывалась, во рту будто поселилась стая диких скунсов, а тело ломило и крутило нещадно. Пот с меня тёк градом и знобило сильно. Состояние было таким, что стало совсем не до сложностей, с которыми Олегу столкнуться придётся, когда он вернётся. Дёрнула рукой, в попытке сдвинуться с места и как-нибудь так лечь или сесть, чтобы легче стало. Не получилось — рука была привязана к спинке кровати. И вторая тоже, и ноги... и левая, и правая. Был бы хвост, тоже, наверное, привязали бы. А так, оставалось только дёргаться и проклинать того, кто решил сделать из меня инсталляцию под названием «Жертва маньяка». И кто же такой изобретательный? И для чего вообще привязали? Может, я не инсталляцию изображаю, а жертвой маньяка в натуре и являюсь? Благо и натура обнажённая... полностью. Не сразу сообразила, что одёжка двигаться не мешает, и что лёгкий ветерочек обдувает разгорячённое да обнажённое тело. Разгорячённое, надеюсь, только болезнью, а не чем-нибудь ещё. А то мало ли, вдруг здешних маньяков возбуждает секс с полудохлым бревном, которым я совсем недавно являлась.
Кричать или не кричать? Вот в чём вопрос, притом гораздо важней того, что не безызвестный Гамлет задавал Йорику. Звать кого-нибудь на помощь или не звать? Или на мой зов прибежит тот самый маньяк? Или всё-таки очередной спаситель в сияющих доспехах? Скосив слезящиеся глаза, попробовала осмотреться. Хоромы маньяка показались знакомыми и, немного пошебуршав мыслью, сделала вывод, что нахожусь в комнатке, в магазине. Тогда кто и зачем меня привязал? Если отбросить мысль о нападении кредиторов и взятии в плен, для последующей продажи в сексуальное рабство и частичной выплаты долгов, как несостоятельную... Остаются Тарзан, Олег и дохлый эльфик. Или все трое вместе взятых, и я очень надеюсь, что они не разогревали моё болящее тело, незапланированными акробатическими упражнениями. Плохо уже то, что одежки лишили. Зачем? Может, так того лечение требовало? Ведь явно чем-то гадостным намазан наконечник был, раз так плохо теперь себя чувствую. Нет, думаю, владельцы того самого наконечника точно не знают, что такое антисептики, антисанитария, дезинфекция и дизентерия. И могли своим примитивным, но очень действенным при этим оружием, занести мне в кровь какую-нибудь заразу, вроде местной смертельной болезни... Ага, местный сифилис, помноженный на гонорею и сплюсованный со СПИДом...
В таком болезненном состоянии меня тянуло только на похоронные мысли. А обнажённая натура способствовала проявления пседвоясновидческих способностей... Предсказывалось себе только плохое, жутко отрицательное, и всегда имеющее летальные последствия. От мыслей о местном СПИДе перешла к размышлениям о том, что хуже... Умереть от тифа или проказы? Или, может, страшнее чумой переболеть, не имея от неё иммунитета? Или сибирская язва местного разлива хуже, всё-таки? Или нашествие тараканов-мутантов? Или крыс? Или маньяков? Или же разозлённых кредиторов? На этой трагической мысли явился Олег и сурово так посмотрел на меня. Моим косящим и слезящимся глазам почудилось, что взгляд мужчины как-то не туда направлен, куда стоило бы... Не, у меня тело красивое, и смотреть стоит на многое... Но в данной конкретной ситуации лучше бы он смотрел мне в глаза, а не ниже их, сантиметров на тридцать... А ещё сработал инстинкт и очень захотелось прикрыться руками, дёрнулась, чтобы это сделать, и тут же жалобно заскулила.
- Оль, полежи спокойно, пожалуйста, - в голосе мужчины проскользнула жалость, а во взгляде, который всё-таки удалось зацепить своим взором, только профессиональный интерес. - На наконечнике стрелы был яд. Отравление было смертельным и если бы не Тарзан, то ты бы не выжила. Сейчас яд выходит через кожу, с потом, потому потерпи. Это сопровождается приступами очень сильного зуда, если развяжем, сама же себя раздерёшь до крови и незаживающих язв. Ещё сейчас я стану убирать всё то, что уже выступило на коже... А это происходит везде. Понимаешь меня? - дождался моего утвердительного кивка и продолжил. - Придётся потерпеть мои прикосновения... Просто учитывай, что это необходимость, напрямую завязанная на твоё выздоровление и постарайся не дёргаться. Снотворное дать тебе не можем. Может вступить в реакцию с ядом и противоядием и последствия никто не возьмётся предсказать.
В комнату ввалился Тарзан, это чтобы мне совсем весело было, наверное и заставил меня ещё раз тоненько заскулить... Было невыносимо стыдно, что я тут голая, перед двумя мужиками лежу и они всё-всё-всё видят. Да ещё и в такой многозначительной позе... С раздвинутыми ногами и руками раскинутыми в разные стороны. Вся такая из себя: «Милый возьми меня здесь и сейчас».
- Выйди, - процедил сквозь зубы Тарзанчик. - Я лучше знаю, что делать.
Удивительно, но Олег повиновался, оставив пачку ваты на столе.
- Терпи, - сказал и вздохнул Тарзан, для разнообразия сменивший набедренную повязку на короткие шорты. - В следующий раз подумаешь, прежде чем в дикий мир на прогулку соваться.
- А ты предупредить меня мог? - проговорила непослушными губами.
- Ты бы послушалась? - ответил вопросом на вопрос и оторвал большой кусок ваты от прессованного рулона.
- Не... знаю... - прошептала, так и не решив, как бы поступила, получи внятное предупреждение: «Туда не ходи, снег башка попадёт».
А дальше наступили жестокие и тягучие минуты моего позора. Я краснела, кряхтела, пыталась увернуться, но ничего не получалось. Безжалостный Тарзанчик стирал с кожи какую-то клейкую гадость, которая так просто оттираться не хотела. Мучжина постоянно смачивал вату в каком-то растворе и тёр, тёр, тёр... Везде тёр... Даже между ягодиц... Мало того, что мне было плохо, потому что просто плохо... К этому ещё добавлялись и моральные терзания, которые закончились только тогда, когда Тарзан занялся моим лицом... И о ужас! При помощи бумажных салфеток, распотрошённых до одинарного слоя, и смоченных в той же непонятной, с резким запахом жидкости, залез даже в мои глаза. Обработал пространство под веками, действуя очень осторожно... А после в ход пошли ватные палочки. Уши тоже необходимо было почистить, как и нос. И как только я запахи чувствовала, с этой-то странной субстанцией, что выстилала изнутри слизистую. После носа мужчина перешёл к ротовой полости. Ощущение, что только что в особо извращённой форме изнасиловали рот зубной щёткой, не покидало меня всё то время, пока Тарзан очищал нёбо, язык, щёки и дёсны...
Да уж, урок усвоен на всю жизнь. Срочно ищем владельца для лавки, и ну его, путешествие по мирам. Да чтобы я когда-нибудь ещё куда-нибудь в другой мир, да хоть полшажка сделала? Лучше сдохнуть от родного, земного СПИДа, чем быть раненой и заражённой какой-то дрянью не пойми в какой Тмутаракани.
- Тебе бы поспать сейчас, - завершив пыточные процедуры Тарзан поднялся со стульчика, на котором всё это время сидел. - Чесаться будет сильно. Но зелья пить тебе пока нельзя...
- А одежда? - очень хотелось облизать губы, но я удержалась от этого, мало ли, вдруг нельзя.
- Нет, - твёрдо и уверенно ответил Тарзан. - Прилипнет, отдирать придётся потом сразу с кожей. Потерпи. И укрыть тебя не могу, тоже прилипнет. Сейчас только попить принесу. Но вливать буду через трубочку, так, чтобы осторожно, по нёбу, которое ещё раз очищу... Чтобы лишнего не занести. Думаю, у тебя нет желания ещё через один цикл очищения организма проходить.
- Может, не надо? - это я про пить спросила.
- Тебе нужно очень много жидкости. Идёт сильное обезвоживание, - серьёзно отозвался Тарзан и вышел из комнаты.
Надо, так надо... Но как так пить, чтобы яд снова, по второму кругу в организм не попал? И как назло, губы облизать захотелось ещё сильней... И под коленкой чесаться начало. К тому моменту, как Тарзан появился, неся в руке стакан с водой, успела уже вся изъелозиться. Но почесать зудящую спину о простынь не получилось, между моей спино й и кроватью находилась воздушная, невидимая подушка, которая и поддерживала меня в висячем состоянии, не давая возможности повредить самой себе. И кто это такой изобретательный? Кажется, этот вопрос я уже задавала... Повторяюсь, однако.
Постоянно обрабатывая моё нёбо и язык зубной щёткой, Тарзан тонюсенькой струйкой лил воду так, чтобы я успевала глотать и при этом не захлебнулась. Только допив таким образом весь стакан воды, поняла, что хочу ещё и желательно целое ведро.
- Пока не надо. Пусть усвоится, потом дам ещё, - правильно истолковал мой жадный взгляд на пустой стакан Тарзан.
А потом мне стало хуже. Кожа зудела. Везде. Абсолютно везде. Чесались глаза, уши, попа, ступни... Всё тело раздирал жуткий зуд, а возможности почесаться не было. Я пыталась вертеться и достать хоть докуда-нибудь зубами... И удалось щекой потереться о плечо. Об одно, об второе... А потом рай закончился. Вернулся Тарзан, заметил мои манёвры и под моим подбородком появилась очередная воздушная подушка, не дававшая мне повернуть голову.
Я ныла, скулила, елозила и плакала... Но легче не становилось... Этот ужас, по моим ощущениям, длился бесконечно. Тарзан время от времени поил меня, убирал клейкую гадость с кожи, а я подвывала, забыв уже и об стыде, и унижении. Тут бы выжить, хоть как-нибудь.
Не знаю, сколько времени прошло в таких мучениях. Просто пришёл момент, когда я обессилела и погрузилась в тревожную дрёму, а там незаметно, в тяжёлый, свинцовый сон. А проснулась здоровой... Вот абсолютно здоровой и зверски голодной. Даже тело больше не болело и не чесалось.
- Развяжи меня, - попросила Тарзана, что прикорнул на стуле.
Разбудила, беднягу... Но уж очень затекли руки и ноги от того, что сменить положение тела не получалось. Мужчина встрепенулся и, прежде чем развязывать, сначала очень внимательно осмотрел меня. Заглянул в рот, в глаза, пощупал живот... Чувствовала себя странно... С одной стороны, что он там ещё не видел? С другой, вместе с аппетитом проснулась и стыдливость. И я краснела, бледнела, и мечтала поскорее одеться или хотя бы где-нибудь стырить одеялко, чтобы прикрыть наготу. Или хотя бы набедренную повязку у Тарзана позаимствовать. Интересно, он её в прокат даёт? Или красть придётся? А она так же жутко пахнет, как и моя нянька или нет? И... На этой мысли до меня дошло, что Тарзанчик совсем даже и не пахнет сейчас так отвратно, как раньше.
- А что с твоими бомжацкими духами? - стыдливость, стыдливостью, но любопытство было сильней.
- Какими? - удивился Тарзан и даже перестал развязывать мои ноги, чтобы иметь возможность разогнуться и посмотреть мне в глаза.
- Ну... Тот запах, гадкий очень, - поморщилась, вспомнив эту мерзость. - Неужели есть и другие способы твой сексовозбудительный аромат перебить?
- Хорошо отбивает запах моего пота только те духи, которые ты назвала бомжацкими, - пояснил Тарзан, снова занявшись моими ногами. - Есть и другие варианты, но сквозь них просачивается мой природный запах. Не так сильно, как в чистом виде, но действует.
- А почему ты сейчас бомжацкими духами не пахнешь? - может, у меня весь нюх с этим ядом отбило?
- Резкие запахи могут раздражать сейчас твою слизистую. А это может спровоцировать не очень приятные последствия. Потому пришлось воспользоваться более мягким вариантом, - теперь Тарзан стал отвязывать мои руки.
- А почему я тогда на тебя не бросаюсь? И мальчики тоже не маячат на пороге, облизываясь на твою персону? - какой нафиг стыд, когда тут такие интересные вещи рассказывают.
- Так запах перебит, - насмешливо улыбнулся Тарзан. - Не таким сильным ароматом, но перебит.
- А-а-а... - протянула сипло, горло пересохло и исчерпало лимит нормальных звуков.
Сделала вид, что поняла, хоть до конца так и не разобралась в его объяснениях. Вот как то, что запах не перебит полностью на окружающей среде скажется? Как скоро мы все начнём прыгать на Тарзана и дружно кричать: «Возьми нас!»? Ему бы бронетрусы, с ключиком спрятанным где-нибудь в яйце, которое в утке, а утка в зайце, а заяц в сундуке, а сундук на Марсе, точно не помешали бы... с таким-то потом пахучим, даже такие меры предосторожности могут не спасти от изнасилования. Озабоченные жертвы сексосногсшибающего аромата, настоянного на натуральных Тарзановских феромонах, могут и дрель с перфоратором принести и гранату к бронетрусам попробовать привязать. Тяжело быть Тарзаном, вот что я вам скажу. Прониклась грустной его судьбой, пока он меня развязывал. Даже захотелось предложить какое-нибудь бомбоубежище выкопать... На случай вскрытия замочка при помощи ядерного взрыва. Когда народ убедится, что банальные пассатижи не справляются с задачей, могут много до чего своим умом дойти. Народ у нас изобретательный... И не только у нас, думаю. Ведь про банальный консервный ключ не каждый в состоянии вспомнить, особенно когда желание утолить дикий сексуальный голод одолевает. Из размышлений на тему, а справится ли консервный ключ с поставленной задачей или нет, вынырнула тогда, когда почувствовала, как на меня простынку накидывают. А после того, как Тарзан отнёс не способную стоять на ногах меня в душ, выйдя по пути в коридор и пронеся меня мимо любопытствующего Олега, пришла к выводу, что всё мной придуманное чушь. Шпилька — наше всё! В умелых руках все замки на раз открывает. Так что, замок на бронетрусы лучше ставить электронный, запароленный. Хотя, на любой пароль всегда найдётся наглый хакер...
Но стоило только Тарзанчику усадить меня в ванну и начать растирать мне ноги и руки под горячей водой, тут же забыла обо всех теориях. Мышцы стали отходить и зверски ныть... Да кожу кололо противными, мелкими иголочками... И судороги мучили... Я ныла, не в силах терпеть молча. И снова мне было не до стыдливости. Пережить бы процедуру и не сдохнуть. Вот и все цели для меня на ближайшее время. Посмущаться потом можно будет, когда руки и ноги нормально двигаться будут.
Меня снова завернули в простынку и отнесли обратно, в комнату, на кроватку, застеленную свежими простынями.
- Тебе лучше пока полежать, - соизволил объяснить свои действия Тарзан. - Ты выспалась и отдохнула... Но организм довольно долго боролся с ядом. Ему потребуется время на восстановление. Еду я тебе сейчас принесу.
- Может, тебе пока отдохнуть? - голос вернулся из недолгой командировки и этот вопрос смогла произнести нормально, без запинок и сексуальной хрипотцы. - А то ты со мной столько времени возишься... Мне даже стыдно как-то уже. Олег же сможет мне еды принести, пока ты будешь отдыхать?
- Думаешь? - спросил с сомнением, окинул меня оценивающим взглядом, втянул носом воздух и согласился. - Хорошо, попрошу Олега.
Тарзанчик ушёл, и я дрожащими руками «переоделась». Перемотала простынку по-новой, более надёжно, чтобы не сползала при движении. Получилось из рук вон плохо, но долго возиться не стала, в любой момент мог войти Олег. Он и вошёл, как раз тогда, когда я рухнула на постель, чувствуя, что ноги совсем не держат. Отличное состояние, в котором проснулась утром, как-то очень быстро закончилось, и теперь голова кружилась, да чуток подташнивало.
Посмотрев на то, как трясутся мои руки, Олег молча поставил поднос с едой на стол, окинул меня внимательным взглядом и спросил:
- Что будешь сначала? Чай? Бульон?
Да, выбор был небогатый.
- Бульон, - аромат от тарелки шёл божественный и в животе тут же заурчало.
- Покормлю, - решил Олег, ещё раз окинув меня взглядом.
Взялся за тарелку и ложку, а я спорить и не стала, руки ходили ходуном, сама бы не справилась. Послушно открыла ротик. Одна ложка, вторая, третья... четвёртая вместе с бульоном полетела на пол... А сам Олег, поводя носом и прикрыв глаза, потянулся ко мне губами. Тарелка тоже выпала из его ослабевших пальцев, облив «санитара» янтарной жидкостью. Но мужчина этого даже не заметил. Он полностью ушёл в обнюхивания меня и мне это очень не нравилось.
- Олег! - позвала его громкой. - Эй! Оле-е-ег! - среагировал он не сразу, распахнул глаза и уставился на меня голодным взглядом.
Кажется, это не Тарзану понадобятся бронетрусы, а мне. И бронелифчик тоже. И тоже запароленный...
- Олег! Что происходит? - уже не уверена была в том, что отвлекать его от обнюхивания было правильной идеей.
- Оля-я-я... - протянул он низким, вибрирующим голосом и потянулся теперь уже ко мне руками.
- Эй! - тут же запаниковала я и попыталась отодвинуться. - Я же болею, помнишь? Я же только что с того света... - с этим, кажись, загнула, но на что только не пойдёшь, чтобы спасти девичью честь.
Да и простынка вслед за мной двигаться упрямо не захотела и поползла с груди вниз. Я даже растерялась, не понимая, за что первое хвататься и с чем в первую очередь сражаться. С простынёй или оголодавшим Олегом, который стал активно помогать простынке оголять мои округлости.
- Ой! - прикрыла верхние округлости ладошками, так как простыня легко поддалась на рывок.
И как теперь не сдать остальные стратегические места врагу? Руки-то заняты округлостями, а простынка-то дальше двигается. Что делать? А ноги на что? Попробовала пнуть домогателя. Ткань сдвинулась ещё ниже от неудачного движения, с координацией были проблемы. Не дрыгаться лишний раз? А как отбиваться? Или плюнуть на наготу? Голой-то он меня уже видел, что там скрывать? Решив так, тут же схватилась за простыню, в попытке её удержать на талии. Выражение лица Олега стало таким счастливым, рукам появилось за что ухватиться. Он и ухватился, со всем пылом только что вышедшего из заключения преступника, сидевшего в одиночке на зоне лет десять.
- Тарзан! - наконец-то у меня прорезались умные мысли и голос. - Насилуют... - это вышло уже полупридушено, Олег впился в губы поцелуем.
Чип и Дэйл совсем не спешили на помощь и мужчина продолжил, довольно урча, жмакать мою грудь руками, и покусывать нижнюю губу зубами. Впрочем... Чип, а может, и Дэйл, показался в дверях. Обнажённый и в полной боевой готовности... к этому, как его, спасению, от сексуального голода. На ногах держался еле-еле, но к труду во имя выправления демографической ситуации мог приступать сразу же, без предварительной подготовки. Эльф, шевеля длинными ушами, пошатываясь, стоял в дверях и смотрел на нас со страдальческим выражением лица. Видимо, от прошлого приступа сексотерапии долго отходил и совсем не хотел повторения пройденного урока. Да кто его спрашивать-то будет? Оно вон само встало и требует участия в банкете на двоих, третьим, не лишним.
Заприметив болезного, протестующе замычала и попыталась вывернуться из загребущих ручек Олега. Судьба простыни меня больше не волновала. Голая натура, так голая натура, главное свободная от посягательств всяких озабоченных. От очередного поцелуя увернуться удалось и я снова крикнула:
- Тарзан! Спаси! - и еле слышно добавила, когда эльф стронулся с места и направился к кровати: - Твою мать!
Участников прибывает, и это как-то рождает во мне лёгкую такую панику, которая требует срочно обзавестись ядерной боеголовкой или гранатой, на худой конец, и произвести срочный переворот в умах мужчин, посягающих на мою девичью честь, посредством пропаганды вооруженной эскалации конфликта. Набрала побольше воздуха в грудь, собираясь толкнуть речь а-ля Ленин на броневике, но поперхнулась, на пороге появился Тарзан. Весь такой из себя, в шортах... Красивый, сексуальный. Неужели тоже приставать начнёт? А надо ли было его звать? Групповуха на троих звучит не так угрожающе, как на четверых. Сторож и по совместительству медбрат, достал из кармана шорт, медленным, тягучим движением стеклянный, прозрачный пузырёк, с пульверизатором... и пару раз пшикнул перед собой из него. В комнате жутко запахло бомжами и я прослезилась... от счастья. Олег с эльфом затрясли головами, как контуженные и на время забыли обо мне.
Подхватила простынку и сползла с кровати. Обмоталась тканью, руки всё так же слушались плохо, как и ноги. Но на постельку меня сейчас было не загнать даже под дулом пистолета. Доковыляла до стеночки, и по ней, родимой, шарахаясь от любого движения мужчин, просочилась поближе к Тарзану.
- Что это было? - спросила его, с вожделением разглядывая пузырёк со специфическим парфюмом.
Не ответил, спрятал бомжацкие духи обратно в карман и сделал шаг сначала к Олегу да подхватил его за шкирку и потянул за собой. По пути сцапал ошарашенного эльфа и тоже вытянул за порог. Я довершила начатое им, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, готовясь реализовывать фразу: «Только через мой труп!» в реальности. Буду чем угодно и как угодно подпирать дверь, готова погибнуть под ней, но только не впустить мужчин на порог. Всё, больше никаких прогулок в никакие дикие миры. Торговать с ними всё равно не интересно, а вот опасности помереть во цвете лет, хоть отбавляй.
- Это я, - голос за дверью, спокойный и такой уверенный, да ещё и вполне себе узнаваемый.
Поколебавшись немного, сама открыла дверь, чтобы впустить Тарзана.
Пришёл, и даже с новой порцией супа, для голодной меня. Старый-то разлился. Но, вспомнив о том, что вообще-то голодна, пришла к выводу, что даже холодный бульончик охотно слизала бы с пола, не будь так выбита из колеи посяганием на мою девичью честь. И что на мужчин нашло? Это всё Тарзан виноват, да? С этого вопроса и начала, стоило только виновнику торжества скользнуть в комнату.
- Что это было?
- Давай, ты сначала поешь, а потом и поговорим, - уверенно занял место на стуле Тарзан и предложил. - Я покормлю.
- Э-м-м... - даже не знала, как бы повежливей отказаться.
Живы были ещё воспоминания о том, как чуть не лишилась... не, не невинности, а веры во всё лучшее в людях. Точнее в мужчинах. Впрочем, в лучшее в них, я и раньше не сильно-то верила. Глубоко разочаровал Олег своим поведением... Что-то там точно было не то. И эльф удивил. То кричал, что никогда и ни за что, а то тоже решил, что вот прямо здесь и сейчас, и в состоянии полутрупа. Самое интересное, что я в состоянии зомби, он в состоянии зомби... Каким секс бы получился, если бы Тарзан не вмешался? Содрогнулась, представив жаркий денёчек, соображённый на троих. Чур меня! Я на такие эксперименты не готова.
- Открывай ротик, - ласково проворковал Тарзан.
Вытаращила на него глаза, так неожиданен был подобный тон и на автомате повиновалась. Или это просто челюсть отвалилась? Вот когда можно понять, что это выражение временами можно понимать вполне себе не фигурально.
- Умница, - похвалил меня Тарзанчик и снова велел. - А теперь повторим.
Ассоциации неприятные да, Олег тоже меня с ложечки кормил, правда я при этом лежала, а сейчас стою и приходится наклоняться, чтобы бульончика хлебнуть. А голова кругом, руки дрожат, ноги плохо держат...
- Может, поменяемся? - предложила заботливому Тарзану.
Надо помогать тем, кто иногда тормозит... Добрым словом, советом там.
- Ты будешь кормить меня? - брови мужчины вздёрнулись вверх, а сам он посмотрел на меня с изумлением.
- Мне присесть хочется. Голова кружится, - не стала злиться, на это просто не осталось сил. - А кровать во мне тошноту вызывает.
- Хорошо, - поднялся он со стула. - Для сестры я готов на всё.
- Какой сестры? - тут же насторожилась, даже на время забыв о том, что посидеть хотела.
- Вот съешь бульон, и я тебе расскажу, какой, - склонился теперь он надо мной, я, проанализировав крохи информации, просто рухнула на стул, не иначе от шока.
Послушно открывала рот, когда он просил и глотала. Ложку за ложкой и прикончила свой паёк.
- А вот теперь поговорим, - Тарзан отставил пустую посудину на стол, встал на корточки и заглянул под кровать.
С недоумением наблюдала за тем, как он подумав над чем-то очень важным, полез под неё. Это такой местный обычай? Вести серьёзные разговоры о родственниках из-под кровати? Если что, я в таком не участвую. Куда мне в моём состоянии такой интим осилить.
- А под кровать мне заползать обязательно? - спросила осторожно.
- А сможешь? - задал он ответный вопрос, и не собираясь пока вылезать.
Мужская попа, обтянутая тканью шорт и торчащая из-под кровати, смотрелась очень эротично и интересно, но как-то вести с ней разговор... Не совсем мне по вкусу было.
- А надо? - всё ещё придумывала пути отхода.
- А хочешь? - нет, эта сволочь явно надо мной издевается.
И это я его ещё тормозом считаю, а сама не лучше. Столько времени доходило, что надо мной просто смеются, молча, про себя.
- Не хочу, - надулась в ответ и замолчала.
Тарзан надолго под кроватью не задержался, выполз оттуда и показал мне добычу — ложку, которую потерял Олег в порыве страсти. Хмуро посмотрела на него, на ложку, потом опять на него.
- А сразу сказать нельзя было? - спросила обиженно.
- Ты так забавно злишься, сестричка, - хмыкнул Тарзан и положил столовый прибор на стол, рядом с пустой посудиной. - Не могу удержаться.
- То я хозяйка была, теперь сестричка. Но что-то я не помню тебя среди своих родственников, - нахмурилась, так и не перестав дуться на вредного сторожа. - И когда успел в них затесаться? Колись.
- Когда тебя спасал от смерти, - спокойно ответил Тарзан и устроился на моей кровати.
В отличие от меня, он к ней отвращения не испытывал и моральные травмы ему не мешали устроиться поудобней.
- Рассказывай, - затаила дыхание, ожидая ответа, при этом чувствуя, что он мне может очень сильно не понравиться.
- Для меня любой яд, любого происхождения, не опасен. Врождённый иммунитет. Пришлось поделиться с тобой своей кровью, через обряд братания. Иначе тебя было не спасти. Так что, ты теперь моя сестра, а я твой брат, названный. Всё просто, сестричка, - невозмутимо просветил меня мужчина и насмешливо блеснул своими необычными глазами.
- И чем мне это грозит? - спросила, подозревая нехилую свинью, весом так в пару тонн, которая готовилась вот прямо сейчас расположиться у меня под самым носом.
- Пахнуть будешь, особенным образом. Но ты же не откажешься стать очень привлекательной для мужчин? Для женщин, впрочем, тоже, - небрежно заявил он, глядя на меня так, словно вот прямо сейчас ожидал криков радости и битья челом о пол в порыве благодарности.
И реакция последовала, ещё какая:
- Твою мать! - приподнялась на стуле, глядя офигевшим взглядом на названного братика. - Твою мать! Твою ж мать! Мать... мать... мать... - меня заклинило.
Впрочем, это было и неплохо, что я сейчас очень и очень тормозила, иначе всё могло закончиться действительно битьём челом. Только не об пол, а об стену, а еще выдиранием волос и выцарапыванием глаз, Тарзану. Это чтобы одной в одиночестве страдать от его лечения не пришлось.
- И как теперь жить? - когда слово «мать» закончилось в моих запасах, и я смогла внятно произнести нечто отличное от него, начала сыпать вопросами. - Мне теперь что? Тоже надо твоим любимым парфюмом брызгаться? - уселась обратно на стул и просипела. - Мама... - потом, подумав, добавила: - Нет, в метро мне место, конечно уступать будут... - попыталась найти плюс в этой ситуации, хоть какой-то. - И очереди тоже разбегаться станут. Можно будет спокойно сдать любые документы. Даже куда-нибудь в налоговую. Думаю, больше пары минут меня никто мучить не будет... Сразу всё примут. Можно даже фирму открыть, по продаже подобных услуг. Я даже знаю как будет звучать один из рекламных слоганов. «Постоянным клиентам противогазы в подарок!» - похлопала глазами и завыла на одной ноте. - А-а-а-а-а... Как тепе-е-е-рь жи-и-и-ть?
- Я тебе свои духи подарю, - решил успокоить меня Тарзан и поднялся с кровати. - Сейчас. Только никуда не уходи.
Издевается, урод. Как пить дать издевается. Куда я пойду? В одной простынке, пахнущая так, что меня изнасилуют стоит мне только шажок за порог сделать. Мне теперь что? Взаперти сидеть? Интересно, паранджа спасёт ситуацию? Это если в комплекте с бомжацкими духами.
- Вот, - Тарзан вернулся и протянул мне стеклянную тару с пульверизатором. - От сердца отрываю.
- Убью, - решила, глянув на братца зверским взглядом, слёзы высохли, истерика прекратилась, так толком и не начавшись.
Вот что жажда убийства с людьми делает!
- Зачем их убивать? - в очередной приподнял брови вверх Тарзан, удивляясь.
- Кого их? - после этого его вопроса кажется, я поняла из чего делают озверин.
Из вот таких вот Тарзанов. Разрывают на много-много маленьких Тарзанчиков, потом пропускают через мясорубку, потом сушат и прессуют из этого таблеточки. Стоит такую таблеточку проглотить, и сразу тянет кого-нибудь покусать. Уж очень зловредные они, эти Тарзаны, хватит на много-много озверина.
- Это твои любимые жуткие духи, да? - решила перевести тему, пока кто-нибудь не пострадал или что-нибудь не пострадало.
Например, пятая точка одного очень зловредного братца. Уж очень хочется как раз в неё вцепиться зубами. Как-никак кое-кто хвастался, что у него врождённый иммунитет от ядов. Значит, и от озверина имеется. Впрочем, у меня он тоже теперь имеется, если я ничего не путаю. Тогда почему так сильно придушить Тарзана хочется? Бракованной кровушки подлил, да? Потому не действует?
- Да, любимые, - подтвердил он, не став заострять внимание на предыдущих вопросах. - Без их использования, не советую выходить из комнаты, - предупредил он. - Запах приятный, тебе должно понравиться.
На этом я просто не выдержала, подскочила со стула и со всем пылом, на который сейчас была способна, высказала... и в каком гробу духи видала, вместе с Тарзанчиком, и как не рада нашему родству, и пригрозила кое-кому ягодичную мышцу проредить. Мужчина впечатлился, яркие глаза стали огромными, на пол лица, и да, моего братца теперь тоже можно было покормить с ложечки, челюсть отвисла, как и у меня недавно.
- Понюхай, - вздохнул Тарзан, наконец отмерев.
- Не буду, - буркнула недовольно и снова села на стул, силёнок после кормёжки прибавилось, но не сказать, что сильно много.
- Зря, - не согласился со мной братец и не считаясь с моим мнением, нажал на пульверизатор.
Собралась поморщиться и высказать своё недовольство, но так и застыла на стуле, принюхиваясь. Запах был терпкий, кисловато-горький, который мог подойти как мужчине, так и женщине.
- У тебя же другие любимые, - попыталась подловить гада на горячем.
- Нет, эти любимые. Но они полностью запах не перебивают, хоть и не плохо его скрывают. Тебе, как имеющей запах не такой сильный, как у меня, кровница как-никак, а не урождённая суккуба, вполне достаточно будет. Если что и просочится, то не так и много, - пояснил он наконец-то и я смогла вздохнуть спокойно.
- А сразу нормально объяснить нельзя было? - спросила с укором, но трясущиеся загребущие ручки к вожделенному флакону протянула. - А на сколько запаха хватает?
- Где-то на сутки, если не купаться, - ответил он, отдавая стеклянную тару.
- Надолго этого флакона не хватит, - сказала с грустью.
- Я тебе новые сделаю, - обнадёжил меня братик. - Не переживай, сестричка, - улыбнулся вполне тепло и мягко, по-родственному.
- А точно на меня кидаться не станут? - спросила с надеждой.
- Повышенное внимание оказывать будут, - присел он на корточки рядом со стулом и заглянул мне в глаза. - Но если забывать про духи не станешь, то таких инцидентов, как тот, который произошёл недавно, больше не повториться.
- Уже неплохо, - вздохнула ещё раз и отвела взгляд от фиолетовых глаз Тарзана. - А почему тогда не предотвратил, если знал, что всё так повернётся?
- Я не был уверен, смешается ли кровь и будет ли такой результат. Обычно братание приводит к подобному в пятидесяти процентах случаев, - мужчина встал. - Да и не ожидал я, что моя кровь так быстро приживётся, сестричка. Как единственную свою родственницу, теперь буду холить и лелеять.
- Тоже неплохо, - подняла взгляд на мужчину и вспомнила. - Ой, а что я папе скажу! Сколько дней я провалялась точно? Мне же отцу надо было позвонить! Он же Олега порвёт на американский флаг! Твою ж мать! - завершила прочувствованную речь привычным уже выражением. - Твою ж мать!

@темы: Влипла